Акционерам USA Rare Earth, по мнению генерального директора компании Барбары Хамптон, не стоит паниковать из‑за условий будущего участия государства в сделке с Министерством торговли США. Глава фирмы заявила, что структура финансирования не несёт негативных последствий для держателей долей, даже если детали договорённости перестанут реализовываться в первоначальном виде.
Что за сделка и почему она привлекла внимание
В январе было объявлено о пакете финансирования объёмом 1,58 млрд долларов — он предполагает комбинацию долга и капитала. Подобные механизмы в США часто используют для того, чтобы совместить государственную поддержку с коммерческим риском: государство может зайти в проект деньгами и одновременно зафиксировать свою долю в капитале.
Эта договорённость стала очередным звеном в серии инициатив администрации Дональда Трампа, направленных на ускорение развития критически важных полезных ископаемых. Под «критическими минералами» обычно понимают сырьё, необходимое для высокотехнологичных отраслей и оборонной промышленности, где зависимость от зарубежных поставок считается уязвимостью. В публичной повестке речь идёт о компонентах, которые нужны для электроники, вооружений и целого ряда других производств.
Главная претензия законодателей: государство сохраняет долю
Несмотря на уверенность руководства компании, некоторые представители Конгресса выразили сомнения именно из‑за условий сделки и того, как она была согласована. Один из ключевых вопросов связан с близкими деловыми связями USA Rare Earth и финансовой компании Cantor Fitzgerald.
Важно уточнить контекст: Cantor Fitzgerald ранее возглавлял тогдашний руководитель структуры, связанной с политикой в сфере торговли, — Ховард Лютник. Сейчас его должность в компании занимает не он сам, а его сыновья. В то же время Ховард Лютник занимает пост министра торговли США, что и делает тему особенно чувствительной для законодателей.
Высокопоставленный демократ из Палаты представителей охарактеризовал сделку как «крайне тревожную», изложив позицию в письме, направленном Лютнику в прошлом месяце. В письме также говорится, что правительству «глубоко странно» сохранять свою долю в капитале, если финансирование по сделке не будет предоставлено или если его часть будет возвращена (то есть «отозвана назад» через механизм clawback).
Что ответила Барбара Хамптон
На интервью‑вопрос о том, должны ли акционеры беспокоиться из‑за формата сделки, Барбара Хамптон ответила категорично: «Ни в коем случае».
По её словам, компания заранее проделала большую работу, чтобы показать инвесторам стратегический маршрут к «будущему» и созданию стоимости. Поэтому, как подчеркнула Хамптон, акционеры должны быть удовлетворены самим фактом вовлечённости государства в проект — при этом её комментарии стали первыми публичными высказываниями в ответ на озабоченность демократов. По графику сделка должна быть закрыта до конца текущего месяца.
При этом Хамптон предложила адресовать дополнительные вопросы по письму законодателей непосредственно Лютнику и Министерству торговли. Представители ведомства не дали ответа на запросы о комментариях.
Почему письмо демократов называют прологом к будущим расследованиям
Письмо широко воспринимают как сигнал того, какие проверки могут активироваться со стороны демократов, если они вернут контроль над значительной частью политического процесса после ноябрьских выборов в середине срока (midterm elections). Логика законодателей проста: тема федерального финансирования и долевого участия государства в сырьевом секторе может стать предметом более жёсткой оценки — особенно когда речь идёт о перестройке цепочек поставок критически важных минералов.
На что пойдут деньги: Техас и Оклахома
Планируемые средства предназначены для двух производственных направлений. Во‑первых, для разработки шахты в Сьерра‑Бланке (Sierra Blanca), штат Техас. Ожидается, что предприятие начнёт работу к 2028 году.
Во‑вторых, предусмотрено строительство завода по производству магнитов в Стиллуотере (Stillwater), штат Оклахома. Его запуск запланирован на текущий год.
Вся стратегия компании тесно завязана на сырьевой части: шахта рассматривается как базовый источник материалов для магнитного производства.
Дискуссия вокруг экономики месторождения
Генеральный директор отдельно прокомментировала претензии критиков, которые ставят под сомнение коммерческую привлекательность техасского проекта. Хамптон заявила, что компания защищает необходимость сотрудничества с Cantor Fitzgerald в переговорах с Министерством торговли и напомнила, что финансовая структура помогла USA Rare Earth выйти на публичный рынок в марте 2025 года.
«Наш лучший шаг — идти с командой, которая нас знала», — сказала она.
При этом компания признаёт, что техасская шахта — ключевой элемент её магнитных планов — имеет сравнительно низкое содержание редкоземельных элементов по сравнению с конкурентами. В отраслевой логике «grade» (содержание полезного компонента) часто рассматривают как фактор, влияющий на себестоимость: чем меньше ценного материала в руде, тем сложнее и дороже извлекать его в промышленных объёмах.
Некоторые критики называют низкий grade экономическим риском. Однако в компании отмечают, что состав месторождения смещён в сторону «тяжёлых» редкоземельных элементов. Такие элементы востребованы для задач, связанных с работой при очень высоких температурах, поэтому их ценность для части клиентов выше.
Почему инвесторы ждут результатов исследований
Ещё одна причина вопросов — график предварительного технико‑экономического обоснования. Обычно для привлечения инвесторов требуется предварительное feasibility study, но оно будет завершено только к концу года. Отсутствие итоговых расчётов, по сути, оставляет пространство для сомнений относительно финансовой модели проекта.
Редкоземельные элементы, Китай и спрос на иттрий
В ответ на негативную реакцию отдельных наблюдателей Хамптон использовала образную отсылку к поп‑исполнителю Тейлор Свифт: «Haters gonna hate» — то есть «хейтеры будут хейтить».
Далее она пояснила свою позицию: «Один лишь grade не является решающим фактором. Главная роль — за извлекаемыми компонентами тяжёлых редкоземельных элементов».
По ожиданиям, шахта будет производить, в частности, иттрий (yttrium). Он применяется для изготовления специальных сплавов и относится к тяжёлым редкоземельным элементам, на которые Китай ввёл ограничения по экспорту. В условиях геополитической напряжённости такие ограничения рассматриваются как фактор, повышающий ценность альтернативных источников сырья.
«Мы даже не были достаточно “настроены” на критическую потребность в иттрии, пока не выполнили нашу работу вместе с Министерством торговли», — сказала Хамптон. По её словам, ведомство прямо обозначило: в списке приоритетного спроса на первое место для полупроводниковой сферы выходит именно иттрий.