Крупнейшие банки США, готовясь к очередному этапу банковского регулирования, заранее прикидывают, как распорядиться высвобождающимися ресурсами. Речь идет о капитале — то есть о финансовом «запасе» банков, который должен покрывать возможные потери в неблагоприятные периоды. Чем меньше регуляторных требований к размеру этого запаса (при сохранении общей устойчивости), тем больше возможностей у кредитных организаций для инвестиций, выплат акционерам и развития бизнеса.
J.P. Morgan оценивает «избыточный» капитал и обозначает спорные моменты
В письме акционерам глава J.P. Morgan Джейми Даймон (Jamie Dimon) оценил объем капитала, который банк считает избыточным. По его словам, при учете последних предложений по реализации так называемого «финального пакета» Basel III endgame, в распоряжении J.P. Morgan может находиться около $40 млрд сверх нормативов.
При этом Даймон подчеркнул: определенное смягчение требований, заложенное в изменениях после предложений 2023 года, он воспринимает позитивно. Однако в том же письме руководитель отметил, что в обновленной логике регулирования остаются элементы, которые, по его оценке, выглядят нелогично.
В качестве примера он указал на проблему, связанную с надбавкой для глобально системно значимых банков — GSIB surcharge. Даймон выразился так, что эта надбавка, по сути, «до сих пор работает некорректно», назвав ее «broken». Под GSIB (Global Systemically Important Banks) понимаются банки, чья роль в мировой финансовой системе столь велика, что их возможные проблемы могут привести к заметным последствиям для экономики. Поэтому к ним обычно применяются повышенные требования к капиталу.
Регулятор и банки обсуждают стресс-тесты и прозрачность
Параллельно с дискуссией о капитале участники рынка следят за тем, как будет устроен контроль устойчивости в сценариях кризиса. В частности, представители Федеральной резервной системы США провели встречи с представителями Morgan Stanley. Повестка включала рассмотрение уведомления о предлагаемом нормотворчестве — документа, которым предлагается повысить прозрачность и общественную подотчетность ежегодных стресс-тестов.
Под стресс-тестами обычно подразумеваются проверки того, как банк выдержит гипотетические экономические шоки: ухудшение макроэкономических показателей, рост убытков, давление на ликвидность и другие последствия кризиса. В данном случае обсуждался также вопрос о запросе комментариев к сценариям и моделям, которые будут использованы для тестов в 2026 году.
Что именно обсуждает Morgan Stanley
На встрече представители Morgan Stanley изложили свою позицию по предложенным изменениям в стресс-тестах. В центре обсуждения оказалось, в том числе, предложение по моделям pre-provision net revenue для стресс-тестирования 2026 года.
Термин pre-provision net revenue можно перевести как показатель чистой выручки до формирования резервов (то есть без учета затрат, связанных с вероятными потерями по кредитам). В банковских расчетах это важная часть общей методологии: от того, как именно моделируется выручка до резервирования, зависит конечная картина устойчивости при стрессовом сценарии.
Почему эти темы связаны
Разговоры о капитале и стресс-тестах тесно переплетены. Если регулятор корректирует требования и уточняет методики проверки устойчивости, банки получают более ясную картину того, сколько капитала действительно необходимо «держать в запасе». А значит, у них появляется возможность точнее планировать: направлять ли высвобождающиеся средства на выплаты акционерам, ускорять инвестиции или укреплять отдельные направления бизнеса.
На фоне этих процессов крупные игроки одновременно реагируют на изменения нормативной базы и готовятся к следующему циклу проверки устойчивости — в том числе к стресс-тестам, запланированным на 2026 год.